Журнал
  • Август
    01
    02
    03
    04
    05
    06
    07
    08
    09
    10
20.01.2017
«Илия» Мендельсона-Бартольди откроет цикл великих ораторий в Пермской опере

28 января пермские и приглашенные солисты, а также артисты хора и оркестра musicAeterna под управлением Рафаэля Пишона откроют цикл исполнения ораторий на сцене Пермской оперы. Прозвучит сочинение Феликса Мендельсона-Бартольди «Илия»

Французский дирижер Рафаэль Пишон, уже выступавший в прошлом сезоне, часто исполняет произведения Мендельсона. В одном из анонсов исполнения «Илии» ансамблем Пишона Pygmalion в Парижской филармонии присутствует фраза о том, что для блистательного выступления французу не хватает только ангелов. «Хор ангелов» — именно так уже не раз называли журналисты и слушатели пермский хор musicAeterna под управлением Виталия Полонского. Солировать будут Наталья Кириллова (сопрано) и Наталья Буклага (меццо-сопрано). Приглашенные артисты — Робин Тричлер (тенор) и Томас Доли (баритон).

Мендельсон мечтал о создании немецкой национальной оперы — возвышенной, драматичной и народной, по своему идейному уровню и драматизму подобной пьесам Шиллера и Гёте. Композитор признавался, что если современная эпоха требует в музыкальном театре совсем другого, то он расстанется с мечтой об опере и будет писать оратории. «Илия» — образец возвышенного вдохновения и стиля. В этой оратории сочетаются крупные хоры и ансамбли, сложные полифонические формы и небольшие лирические ариозо, арии, дуэты, терцеты, мелодии светских романсов и бытовых песен и линии духовных песнопений.

Жанр оратории зародился в XVI веке в католическом обществе — конгрегации ораторианцев. На их собраниях пелись «Laudes spirituales» (лауды) в отдельном помещении при церкви, называвшемся «ораторий» (от лат. oratorium — «молитвенный дом, место для молитвы»). Это название перешло и на музыку, исполнявшуюся в этом помещении. Вплоть до XVIII века оратории служили только для богослужений, а в XIX веке превратились в крупное массовое произведение для хоров, отчасти потеряв свою сакральную суть.

У Мендельсона форма вновь соединяется с религиозным смыслом — в оратории «Илия». После премьеры этого ораториального шедевра в 1846 году английская монаршая семья назвала Мендельсона «пророком, очищающим музыкальное искусство от соблазнов и фривольности». Это последнее крупное и, пожалуй, самое зрелое произведение Мендельсона, образец его позднего стиля, полного драматических настроений и глубоких психологических наблюдений. Проявляются здесь и отголоски традиции Генделя: они придают произведению монументальный размах. Но самое сильное влияние на композитора оказал Иоганн Себастьян Бах, с творчеством которого 19-летнего Феликса познакомила его бабушка, подарив манускрипт баховских «Страстей». Так начался интерес Мендельсона к этому жанру. Он не только возродил интерес к творчеству Баха, но и продолжил в своих сочинениях традицию кантатно-ораториального жанра.

Не случайно, что дирижировать ораторией в Перми приглашен молодой перспективный музыкант из Франции Рафаэль Пишон. Он известен блестящими трактовками произведений Баха и его «окружения»: Генриха Шютца, Дитриха Букстехуде, Людвига ван Бетховена, Иоганнеса Брамса. Особые «отношения» выстроены у музыканта и с Феликсом Мендельсоном-Бартольди. Так, интерпретация его оратории «Илия» ансамблем Otrente под управлением Пишона на фестивале во французском Ла-Шез-Дьё в 2012-м была названа восхищенными зрителями «”дышащей” эпической фреской, каждый участник которой создавал палитру музыкальных акцентов».

В понедельник, 23 января, стартует пятый цикл «Лаборатории современного зрителя», посвященный оратории «Илия».

поиск