17 октября 2019
19 октября 2019
20 октября 2019
23 октября 2019
25 октября 2019
02 ноября 2019
07 ноября 2019
10 ноября 2019
12 ноября 2019
13 ноября 2019
16 ноября 2019
19 ноября 2019
20 ноября 2019
22 ноября 2019
23 ноября 2019
24 ноября 2019
30 ноября 2019
Журнал
  • Октябрь
    01
    02
    03
    04
    05
    06
    07
    08
    09
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
  • Ноябрь
12.04.2016
Алексей Мирошниченко: «Ромео и Джульетта» — сегодняшняя история

18 и 19 апреля, в рамках XV юбилейного сезона крупнейшего в России фестиваля балета DANCE OPEN, состоится петербургская премьера постановки «Ромео и Джульетта» в хореографии Кеннета Макмиллана. Алексей Мирошниченко, художественный руководитель Пермского академического театра оперы и балета имени П.И. Чайковского, первый (и пока единственный), кто решился перенести постановку на российскую сцену.

- Алексей, вы из семьи врачей, но выбрали балет… Почему так случилось? Кто-то из близких повлиял на вас?

- На самом деле, история непростая. Моя сестра, которая старше меня на 4 года, родилась с патологией, и довольно серьезной, многие врачи прочили ей операции, после которых сестра осталась бы инвалидом. Однако друг семьи, тоже врач, уверил, что операции не нужны, помогут танцы и лечебная вода. Забегая вперед, скажу, что она стала шестикратной чемпионкой Петербурга по латиноамериканским бальным танцам, а сейчас преподает в Германии, живет с мужем и дочкой в Гамбурге. Так что, как видите, танцы вылечили ее.

С детства видел, как она постоянно танцует, разучивает что-то, репетирует… А поскольку сестра – старшая, то хотел брать с нее пример и постоянно говорил родителям, что тоже хочу танцевать.

- Какие качества характера балет формирует в первую очередь?

- В балете вырабатывается стальная сила воли. Например, в 1985 году в Вагановку нас поступило 25 человек. А закончили – четверо! Кто-то просто физически не мог выдержать эту систему – с 9 утра стартовали занятия, заканчивались они в 17.30, потом с 18 часов начиналась практика в театре (в спектаклях, где заняты дети, например, «Спящая красавица», «Аида», «Баядерка»). И вот только к 12 ночи приезжал домой, а утром – снова в училище... Никогда не забуду 87-й год: были аномальные морозы и во всех школах отменили занятия, кроме, конечно, Вагановского училища. На улице – 40, а мы в форменных маечках делаем упражнения у станка перед огромным окном. Ветер задувает, холод страшный, ноги в воде, поскольку тогда не было линолеума, и пол поливали водой из лейки. Конечно, балет закаляет характер.

Кроме того, у балетных очень развито чувство времени, некие внутренние часы: с самого детства тебе никуда нельзя опаздывать – ни на занятия, ни на репетицию, ни на спектакль. Конкуренция очень серьезная, если что сделаешь не так, всё – на твое место претендуют еще 15 человек.

- Близится фестиваль DANCE OPEN, где зрители смогут увидеть постановку «Ромео и Джульетта» в хореографии Кеннета Макмиллана, но воспроизведенную в России именно под вашим руководством. Если я не ошибаюсь, это не первый опыт сотрудничества для вас с командой DANCE OPEN – вы вместе гастролировали в Бахрейн и по Балканским странам?

- Да, верно, мы с Катей (Екатерина Галанова, создатель и руководитель фестиваля DANCE OPEN, – Прим.ред.) давно мечтали о полноценном сотрудничестве на фестивале, но по различным причинам не получалось воплотить замыслы в жизнь. Я отправлял солистов на фестиваль, участвовал в выездных событиях DANCE OPEN, в том числе как раз в Бахрейне. Но вот с Петербургом не складывалось до этого года.

Примечательно, что в первое же масштабное участие в фестивале, вместе со всей труппой театра, мы представляем такой уникальный спектакль. До нашей постановки в Пермском театре «Ромео и Джульетта» Макмиллана никогда не была показана в России, более того, этот спектакль не идет почти нигде в мире.

- Создало ли это обстоятельство резонанс в мире вокруг пермской труппы?

- Разумеется. Сейчас наш театр вообще очень резонансный. Пермская труппа – одна из сильнейших не только в России, но и в мире. Люди специально прилетают в Пермь на спектакли – как россияне, так и иностранцы.

Перед тем как добавить в репертуар тот или иной спектакль, мы всегда думаем, что именно обогатит не только наш театр, но и афишу страны в целом. Мы давно отказались от так называемого провинциального мышления, которое выражается в двух крайностях: «Давайте сделаем как в Москве и Петербурге» – или, напротив, «Нам это надо, но это есть в Москве, значит, мы не будем ставить».

- В программе 15-го юбилейного сезона DANCE OPEN балет «Ромео и Джульетта» будет показан дважды – 18 и 19 апреля. Это одно из ключевых событий программы. Балет поставлен в сотрудничестве с Фондом Кеннета Макмиллана в соответствии со стандартами стиля и техники хореографа. И вы были первым в России, кто решился на этот шаг. Расскажите, как проходила работа над спектаклем.

- Процесс был длительным, очень основательным. Из фонда Макмиллана приехали леди Макмиллан и потрясающие репетиторы, посмотрели нашу труппу и остались ею совершенно очарованы. Леди Макмиллан увидела наше отношение к балету, к хореографии, убедилась в серьезности намерений и даже сделала некоторые поблажки: например, мы подписали контракт на 5 лет, а не на три стандартных года. Она была действительно заинтересована в сотрудничестве, потому что увидела то, чего и хотел добиться Кеннет Макмиллан – чтобы на этом спектакле росли поколения. Когда мы возили «Ромео и Джульетту» на гастроли в Дублин, она приезжала на спектакль, причем, не с целью проинспектировать, а чтобы насладиться нашей работой.

А какие роскошные у нас костюмы! После премьеры спектакля в Перми зрители написали петицию с просьбой сделать выставку костюмов. Мы пошли навстречу и сделали экспозицию в художественной галерее – «Премьера после премьеры».

- Костюмы были созданы именно для вашей постановки?

- Да, хореография у нас – Макмиллана, а все оформление – эксклюзив. Костюмы из парчи, бархата и атласа были сшиты вручную, с учетом всех культурных и исторических канонов шекспировской эпохи. Мы пригласили петербургского художника Татьяну Ногинову, которая адаптировала наряды для танца, сделав их максимально удобными.

- «Ромео и Джульетту» ваша труппа представит вместе с коллегами из Ковент Гарден – Сарой Лэмб, Мэтью Голдингом и Гэри Эвисом. Как вы думаете, легко ли вам будет работать вместе?

- Я жду встречи и совершенно не волнуюсь, ведь мы говорим на одном хореографическом языке: и Пермский балет, и Королевский балет Ковент Гарден – это классическая школа, а кроме того, у нас хореография Макмиллана, знакомая им.

- Как на ваш взгляд, помогает ли театр человеку возвратиться к простым истинам сегодня?

- И театр, и искусство в целом не просто помогает, оно призвано нести людям истины о любви, о доверии. Я бы сформулировал так: искусство нужно нам для того, чтобы в нашем физическом, плотском состоянии лучше понимать «невидимые» вещи. В каждом из нас – целая жизнь, космос, в котором лишь одной мыслью можно перенестись в другие миры, в прошлое, в мечты о будущем… Именно искусство помогает нам ощущать эти чувственные вещи, оно является неким проводником между духом и телом.

- В этом году Вы вошли в состав Жюри международной балетной Премии DANCE OPEN. Не превращают ли премии и конкурсы балет в состязательный марафон?

- Премия DANCE OPEN – в этом отношении особенное событие, которое отличается от конкурсов в традиционном, стереотипном смысле. Это, прежде всего фестиваль, где нет строгой конкурсной программы, жюри не оценивает каждого по определенным критериям, не отсеивает участников. Жюри называет имена артистов, кто в этом году смог добиться наиболее значимых результатов.

А если говорить о конкурсах в целом, то, безусловно, они могут дать развитие. Но ни один артист в своем профессиональном росте не ориентируется на награды и звания, он движется сам по себе, как сознательно, так и интуитивно выбирая лучший путь. Конкурсы часто являются стартовой площадкой для молодых и еще неизвестных танцовщиков, ведь в жюри приглашаются хореографы и художественные руководители театров, которые, оценив талант артиста, могут пригласить его в труппу.

Уже признанным артистам, лауреатам той или иной премии, конкурсы тоже помогают развиваться: танцовщик вместе с наградой получает определенный статус, который нужно поддерживать.

- Что бы вы хотели обсудить с коллегами на круглом столе DANCE OPEN, который пройдет 25 апреля? О чем важно не умалчивать?

- Одна из основным проблем в нашей стране – своеобразная глобализация: столичные театры притягивают молодых талантливых людей за счет более серьезного государственного финансирования, лучших условий труда… В нашей стране все еще очень большая разница между столицей и провинцией – пожалуй, нигде в мире это не ощущается также явно. Региональные театры сейчас ощущают очень серьезный отток кадров: артисты, особенно молодые, стремятся в столицу, причем, чаще всего не по творческим соображениям, а по финансовым.

Эту проблему мы можем обсудить с коллегами на круглом столе, обменяться мнениями и ее видением, но решаться она может только на государственном уровне.

- Какие у вас ожидания от участия в фестивале?

- DANCE OPEN, без всяких реверансов, – фестиваль с высочайшей репутацией и, на мой взгляд, номер один в нашей стране. У него международный спектр. Даже на примере нашего спектакля, в котором помимо пермских артистов участвуют солисты Ковент Гарден, видна концепция интеграции и обмена опытом между труппами и театрами мира. Участие в DANCE OPEN для меня – большая честь.

- Как вам кажется, могла бы случиться история Ромео и Джульетты сегодня? Или герои «виртуальной паутины» забыли бы друг друга, не успев поднять пузырек с ядом?

- Могла, абсолютно точно. Я – романтик… Человек ищет истинную любовь, жаждет ее. Посмотрите, какие страсти творятся, куда ни глянь. Это не просто могло бы быть, это и есть вокруг нас. И никакие социальные сети, которые отвлекают нас от реального общения, все равно не смогут сделать из людей роботов, забывших о настоящих чувствах.

Источник


поиск