23 января 2021
26 января 2021
05 февраля 2021
06 февраля 2021
07 февраля 2021
10 февраля 2021
12 февраля 2021
13 февраля 2021
14 февраля 2021
16 февраля 2021
17 февраля 2021
20 февраля 2021
26 февраля 2021
27 февраля 2021
Журнал
  • Январь
    01
    02
    03
    04
    05
    06
    07
    08
    09
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
    17
    18
    19
    20
    21
    22
  • Февраль
10.12.2020
Ничего случайного. Пермский театр оперы и балета отметил 150-летие
«Угрюмый край, туманный край»… Так называется вторая часть Первой симфонии Чайковского — «Зимние грёзы». Здесь каждое слово, словно в песне, на своём месте: дело происходило зимой, в угрюмом и туманном Пермском крае, в театре имени Петра Ильича Чайковского. Именно с этого произведения с многозначительным названием, написанного небесным патроном этой сцены, начался 5 декабря гала-концерт, посвящённый 150-летию Пермского театра оперы и балета.

G2i9lfkQ.jpeg
Зарина Абаева, хор и оркестр театра
Фото: Андрей Чунтомов


Концерт в полной мере отвечал понятию о большом гала: выступили все коллективы театра и ведущие солисты плюс приглашённые звёзды, которые представляли три главных музыкальных театра страны — Большой, Мариинский и МАМТ имени Станиславского и Немировича-Данченко. Главный режиссёр театра Марат Гацалов, выступивший в качестве постановщика концерта, сказал, что задумывал это представление как оду театру. Насколько ода прозвучала — мнения разделились. Те, кто был морально готов к традиционному дивертисменту, были в восторге от выступлений, которые хотелось долго и со вкусом обсуждать; те же, кто соскучился по креативным вечеринкам, ушли разочарованные.

Хочется присоединиться к первым. Концерт был отборный, номер к номеру. Раз за разом оркестр, хор, солисты доказывали, что они достойны лучших сцен мира. Среди гостевых выступлений было, по крайней мере, одно такое, что стоило всего концерта, — хотя бы ради него стоило в этот вечер прийти в театр!

Речь идёт о дуэте из балета Анжелена Прельжокажа «Парк», исполненном Екатериной Кондауровой и Романом Беляковым из Мариинского театра. Сложно вспомнить, что ещё столь же прекрасное мы видели на этой сцене. Танцевали с такой лёгкостью, что казалось, никаких усилий артисты не прикладывают, музыка — медленная часть 23-го фортепианного концерта Моцарта — сама их несёт; однако при этом Кондаурова выделывала нечто такое, что человеку не под силу физически. Слегка отталкиваясь от сцены, она падала на руки партнёру, успевая при этом перекрутиться вокруг своей оси в горизонтальном положении, в полёте. Это был не трюк, не аттракцион, а естественное движение — движение скорее души, чем тела.

Многие потом признались, что прослезились. Великая музыка, великая хореография и безупречное исполнение — абсолютное единство трёх идеальных составляющих.

Справедливости ради надо признать, что самый неудачный номер был тоже балетный и тоже гостевой — па-де-де из «Лебединого озера» в исполнении Ольги Марченковой и Егора Геращенко из Большого театра. Правда, добрая пермская публика исправно «отхлопала» далеко не идеальное фуэте, а в перерыве, обсуждая увиденное, активно сочувствовала дважды чуть не рухнувшему танцовщику: «Бедный, не привык к пермской сцене».

6z-1_G7A.jpeg
Картина «В царстве теней» из балета «Баядерка»
Фото: Андрей Чунтомов


Пермский балет представил бесспорный хит — акт «Тени» из «Баядерки». «Белый» кордебалет был безупречен. Этот красивый, ровный, чистый кордебалет — одно из главных достижений Алексея Мирошниченко на посту худрука пермской балетной труппы. Полина Булдакова — нынешняя прима и лицо Пермского балета — каждым своим движением доказывала, что не зря ей именно за Никию дали «Золотую маску». Отлично выглядел в паре с ней Георгий Еналдиев: стало очевидно, что он перерос амплуа прыгучего характерного героя и отважно занял пустовавшую нишу балетного принца, а вместе они смотрелись гармоничным и выверенным дуэтом.

О Мирошниченко напомнил и другой балетный номер — его знаменитый «Ноктюрн» на музыку Леонида Десятникова, который танцевали Александр Таранов и Ксения Ткаченко. Приятное воспоминание о том времени, когда Пермь участвовала в «Большом балете» на канале «Культура», и участвовала небезуспешно.

Порадовали и певцы, особенно Зарина Абаева, спевшая легендарную Casta Diva из «Нормы» Беллини. Молитва друидов своей богине — такая вещь, которую можно петь или божественно, или никак. Получилось практически божественно.

whm8hc5A.jpeg
Гарри Агаджанян, оркестр театра
Фото: Андрей Чунтомов


Совсем не случайно на сцене появились Надежда Павлова и приглашённый солист Андрей Бондаренко: это были лёгкие превью предстоящей премьеры «Дон Жуана» в постановке Марата Гацалова и дирижёра Артёма Абашева, в котором Павлова будет петь Донну Анну (как и в предыдущей постановке, режиссёрши Валентины Карраско и Теодора Курентзиса), а Бондаренко — заглавную партию. Вообще, всё было не случайно: так, второе отделение началось с трагической арии Сусанина из оперы Глинки «Жизнь за царя», спетой Гарри Агаджаняном, — именно с этой оперы начиналась история пермского театра.

Об этой 150-летней истории, в частности, о том, что театр был построен на деньги, пожертвованные жителями города, и управлялся общественностью, неоднократно вспоминали в течение вечера, в частности, в небольших видео, где менеджеры театра делились собственным зрительским опытом и воспоминаниями о знакомстве с театром.

Несмотря на то, что вечер был длинный — два отделения концерта с перерывом длились почти три часа — он оставил впечатление динамичности и незатянутости. Режиссура была энергичной, на конферанс времени не тратили, названия номеров возникали в виде титров на занавесе, и даже титры эти были выполнены элегантным шрифтом и без опечаток. Вообще, не было тех досадных мелочей, которые раздражают придирчивого зрителя. Программка, комплименты публике в виде бутылочек с водой и зефирок — всё было безупречно.

Поздравительные речи тоже не затягивали, лишь в финале на сцене появился губернатор Дмитрий Махонин и зачитал телеграмму от президента РФ Владимира Путина.

Продуманно использовалось не только время, но и пространство. Раз концерт — оркестр должен быть на сцене, а как его там разместить, если там танцуют, да ещё и с полным кордебалетом? Понятно, что никак, поэтому были убраны два первых ряда кресел, закрыта оркестровая яма, и на получившейся таким образом площадке разместился оркестр. Это был отличный подарок зрителям: музыканты были совсем близко, и в кои-то веки можно было рассмотреть не только дирижёра, но и каждого из оркестрантов.

PEks6PYQ.jpeg
Артем Абашев
Фото: Андрей Чунтомов


Наблюдение за оркестром — особое удовольствие, которого обычно лишены зрители оперно-балетных гала, а тут всё было подано практически на блюдечке. Близость оркестра к зрителям, впрочем, создавала и некоторые сложности: трудно было выбрать, смотреть на Оксану Кардаш и Ивана Михалева, танцующих «Таис» Ролана Пети на музыку Массне, или на скрипачку Елену Райс, солирующую в оркестре?

Кстати, Иван Михалев — опять-таки не случайное имя в программке: выпускник Пермского хореографического училища хорошо знаком пермским любителям балета по конкурсу «Арабеск», и приятно было наблюдать, как он вырос, став солистом Московского музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко.

Тихие молитвы и мощные симфонии: оркестр и хор радовали эмоциональностью и тонкостью исполнения. Долго аплодировать публике не давали: занавес опускался и словно отрезал зрителей от сцены; лишь раз удалось вызвать солистов на дополнительный поклон — зал не отпускал со сцены Полину Булдакову и Георгия Еналдиева. Зато в финале, когда на поклон вышли все исполнители, их приветствовали долго и громко.


Текст: Юлия Баталина, «Новый компаньон»
поиск