19 февраля 2020
20 февраля 2020
21 февраля 2020
26 февраля 2020
27 февраля 2020
11 марта 2020
12 марта 2020
15 марта 2020
17 марта 2020
18 марта 2020
22 марта 2020
26 марта 2020
29 марта 2020
30 марта 2020
Пресса
  • Февраль
    01
    02
    03
    04
    05
    06
    07
    08
    09
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
    17
    18
  • Март
08.02.2011
Новый Компаньон: Теодор Курентзис: Я ? призрак оперы!

— Поскольку это ваше первое интервью в Перми, скажите, пожалуйста, пару слов о себе…

— В паре слов не расскажешь. Я родился в Греции, в Афинах. Моя мама — преподаватель музыки, мой дядя — музыкант, и я с детства слышал в доме звуки фортепиано. Я начал учиться играть на скрипке в три года, в четыре уже занялся композицией. Обо мне говорили как о сверходарённом ребёнке, потому что и на скрипке, и в композиции я делал успехи. И я любил музыку. Очень любил симфонические концерты, балеты. В детские годы я побывал на концертах всех великих скрипачей 1970-х годов, видел «Спящую красавицу» с Майей Плисецкой, балеты Рудольфа Нуреева, молодого Мориса Бежара, первые шаги Пины Бауш… Для меня это было нормально и понятно — серьёзная музыка.

При этом я вовсе не мечтал стать композитором или, тем более, дирижёром. Как все нормальные дети, я хотел стать космонавтом, а потом — философом. Когда мне было 17 лет, у меня обнаружился ещё и красивый голос, я стал брать уроки вокала у одного из лучших баритонов ХХ века — Костаса Паскалиса.

— Как же так получилось, что вы стали дирижёром?

— Случайно! Меня как-то попросили подирижировать, просто в шутку, я попробовал, сказали: «Потрясающе!» Взял несколько уроков — получалось неплохо. И тогда я отправил свою кассету Илье Александровичу Мусину в Санкт-Петербург.

— Почему именно ему?

— Я видел записи его уроков и мечтал у него учиться. Ему моё видео понравилось, и я полетел в Санкт-Петербург. Так я оказался в России. Мусин со мной очень тщательно занимался, ценил меня, можно сказать, я был его любимым учеником. И это было для меня важным стимулом. Он учил меня не только музыке, но и жизни. Учил, как управлять своей энергией…

Тот период моей жизни — учёба в Санкт-Петербурге — был очень важным, именно там я увлёкся аутентизмом и стал мечтать создать барочный оркестр. И там же я познакомился с Алексеем Мирошниченко, который тоже в те годы учился, а сейчас он — руководитель пермского балета. Мы стали лучшими друзьями, у нас появились совместные творческие планы… Но после консерватории я уехал в Москву, стал дирижёром в театре «Геликон-опера», стал известен, у меня появились поклонники…

В Новосибирск я приехал сначала как приглашённый дирижёр, поставил балет Стравинского «Поцелуй феи» и оперу «Аида», которая получила семь «золотых масок». После этого меня пригласили в этот театр в качестве главного дирижёра. Я согласился с одним условием: что мне дадут возможность создать оркестр, который смог бы играть музыку от XVI до XXI века, такой hand made orchestra, оркестр ручной работы. Мне разрешили, и я создал камерный оркестр Musica Aeterna и хор New Siberian Singers. С этими коллективами я объездил всю Европу, записывал диски, получал премии… Мы заявили о Новосибирске всему миру.

— …и вот оказались в Перми. Почему?

— Новосибирский театр оперы и балета — это театр федерального подчинения. Над ним — не власти города или области, а Министерство культуры РФ. Соответственно, театр обязан работать по схемам, созданным министерством, как делают все большие театры. В Перми театр краевой. Край, город больше заинтересованы в качестве театральной продукции, чем государство. Люди болеют за свой город, они готовы к радикальным реформам. Например, в Новосибирске театр не имел возможности переходить в формат работы stagione, а в Перми у нас это получится.

— Вас приглашали работать во многие европейские театры. Почему вы не поехали туда?

— Я люблю Россию.

— Каковы ваши планы относительно Пермского театра оперы и балета?

— Мы будем делать первый театр в России. Не третий, не второй, а первый. Это будет театр высочайшего музыкального качества, чтобы люди приезжали на его спектакли из других городов.

Я хочу заняться образованием зрителей, чтобы в театр ходили не по привычке, а для наслаждения музыкой высочайшего качества.

— Для кого вы это делаете?

— Для вас.

— Уточню: вы работаете в Перми ради престижа города, ради его известности во внешнем мире или чтобы порадовать пермских зрителей?

— Каждому зрителю приятно, когда для него выступают лучшие певцы и музыканты. Но ещё приятнее, когда о его городе пишут во всех парижских газетах. И это не пиар, не «фасад», это достижения города, новые возможности для всех его жителей. В нашем театре есть замечательные балетные традиции, мы создадим новую оперную традицию.

— Вы всё время говорите о музыке, но наш зритель воспринимает театральный спектакль как целостность. Ему важна не только музыка, но и постановка, и актёрская игра. Что скажете по этому поводу?

— Да, опера — это и режиссура, и сценография. Мне повезло, я работал с лучшими режиссёрами в мире. Это люди, которые утверждают язык современной европейской режиссуры, и они будут работать в Перми.

— В чем преимущества системы stagione перед репертуарным театром?

— Репертуарный театр хорош, когда есть большой туристический поток. Это удобно для Москвы, для Санкт-Петербурга. Для того чтобы поддерживать репертуарный театр на высоком исполнительском уровне, нужно три состава на каждый спектакль — три труппы, три оркестра, три хора, несколько дирижёров. Иначе невозможно работать качественно, потому что когда ты сегодня поёшь в «Онегине», завтра — в «Фиделио», а послезавтра — в «Аиде», то просто не успеваешь отрепетировать.

А stagione — это театр «ручной работы». Голоса подбираются один к одному, и создаётся идеальный актёрский состав для каждой постановки. Идеальный состав со всего мира! Спектакль долго репетируется и потом долго играется. За это время готовится другой спектакль. И это касается не только премьер: все спектакли будут идти блоками по три-четыре дня и столько же репетироваться.

— Будут ли спектакли, созданные своими, пермскими силами?

— Для всех премьерных спектаклей будут два актёрских состава — европейский и пермский. Это необходимо, чтобы знакомить пермяков с лучшими европейскими солистами.

— Вы уже знакомы с пермской труппой?

— Да. Она лучше, чем я ожидал. Есть много хороших певцов. Но нужно с ними заниматься, работать с техникой, с культурой пения. Я специалист в этом, и сейчас у меня каждый день — индивидуальные мастер-классы с певцами.

— Кого-то назовёте?

— Мне многие понравились, но хочу назвать одну певицу, которая понравилась особенно. Это Наталья Кириллова. Она удивительный мастер, очень хороший музыкант с высокой культурой исполнения.

— Не могу не спросить о судьбе некоторых спектаклей, которые особенно волнуют пермских зрителей. «Фиделио»?

— Это классная идея, и мы адаптируем этот спектакль для сцены.

— «Орфей»?

— Конечно, сохранить! И «Альцину» тоже. Тем более что теперь есть специальный оркестр для исполнения старинной музыки. Вы наконец-то услышите музыку Монтеверди на тех инструментах, для которых он её писал.

— Сейчас в театре два оркестра. В чём разница между ними?

— Оба эти оркестра будут играть и оперный, и балетный репертуар. Но один из них — Musica Aeterna — будет ещё выполнять функцию симфонического оркестра. Для второго оркестра будет сделано всё, чтобы поднять его исполнительский уровень.

С оркестром Musica Aeterna у нас будет несколько филармонических абонементов — симфонический и целый ряд камерных. В городе должен звучать весь спектр музыки — симфоническая, камерная, старинная, современная…

Я считаю, что нельзя всё время слушать музыку тех, кто уже умер. Это несправедливо по отношению к тем, кто завтра станет великим. Поэтому мы будем играть музыку современных композиторов.

— Как вы будете делить полномочия с главным дирижёром Валерием Платоновым?

— Валерий Платонов — чудесный человек, очень трудолюбивый, очень преданный театру и музыке. Я его бесконечно уважаю. И он тоже рад, что в театре сегодня делается всё для воплощения его музыкальной мечты. Прекрасные люди и другие дирижёры. В них нет никакого эгоизма — мы все любим театр. Все понимаем, что реформы необходимы. Мы — соратники. И у нас прекрасный директор театра Анатолий Пичкалёв.

— Каким вы видите будущее фестиваля «Дягилевские сезоны»?

— Фестиваль останется. Более того, я планирую сделать его ежегодным. Хочу внести в него настоящую международную ноту, чтобы весь мир узнал, что Пермь — исторический город, связанный с Дягилевым. Для этого хочу создать «Дягилевский фестивальный оркестр» по образцу фестивального оркестра Люцерна. В этот оркестр собираются солисты со всего мира. Только для этого фестиваля! В этом оркестре могут играть одновременно такие музыканты, как Наталья Гутман и Юрий Башмет. Не солировать, а именно играть в оркестре.

— А как театр выдержит такую финансовую нагрузку?

— А её никто не может выдержать, и Швейцария тоже. Немыслимо всем 100 солистам платить их обычные гонорары. Но в таких проектах участвуют не ради денег: они приедут, чтобы играть в честь Дягилева! Я хотел бы, чтобы была прямая трансляция на весь мир, и весь мир узнал, что Пермь — город Дягилева.

Вообще, это должен быть фестиваль вроде Зальцбургского, вроде Авиньонского. Нужно не столько пытаться вспомнить и воссоздать работы Дягилева, сколько смотреть в будущее и создавать новое. Сам Дягилев так и делал, надо брать с него пример.

— Вы планируете всё время поражать нас яркими «звёздами» и громкими именами. Что будет при этом происходить с ценами на билеты?

— У нас будет демократичный театр, доступный для всех. Конечно, если приедет какая-то совсем уж мегазвезда, билеты не могут быть дешёвыми. Но при этом всегда остаётся какое-то количество недорогих мест для тех, кто не может себе позволить много потратить.

— Судя по вашему расписанию, вы — заядлый трудоголик. И всё же как вы проводите свободное время?

— Да, я живу в театре. Я — призрак оперы! Но при этом я очень люблю кино. Много читаю на разных языках. Пишу стихи — у меня есть уже четыре сборника. И я продолжаю сочинять музыку, хотя меньше, чем хотелось бы, потому что создание музыки требует большой концентрации.

— Что вы хотели бы сказать пермякам?

— Хотел бы пригласить на концерт. Правда, на ближайший концерт, 10 февраля, уже нет билетов, но 2 марта будет следующий — оперный гала, на котором с оркестром Musica Aeterna выступят лучшие солисты пермской оперной труппы и новые певцы, которых я приглашаю с нами работать. Хочется, чтобы люди поняли, что это долгожданная работа. Пришло её время. Хочется, чтобы пермские зрители радовались и гордились вместе с нами.

Источник

поиск