30 ноября 2020
02 декабря 2020
17 декабря 2020
18 декабря 2020
23 декабря 2020
24 декабря 2020
25 декабря 2020
27 декабря 2020
28 декабря 2020
29 декабря 2020
30 декабря 2020
31 декабря 2020
Пресса
  • Ноябрь
    01
    02
    03
    04
    05
    06
    07
    08
    09
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
    17
    18
    19
    20
    21
    22
    23
    24
    25
    26
    27
    28
    29
  • Декабрь
16.10.2012
Новый Компаньон: "Геревень" по-киевски

Одноактный балет «Геревень» Владимира Николаева в постановке Раду Поклитару — составная часть большого и во всех отношениях любопытного проекта художественного руководителя Пермского театра оперы и балета Теодора Курентзиса. Как и все оперы в его постановке, этот проект оказался копродукцией, на сей раз — с коллективом Раду Поклитару «Киев модерн-балет». Собственно, «Киев модерн-балет» и танцует, а Пермский театр оперы и балета осуществляет музыкальную часть, которую в одиночку тоже не может обеспечить: нужны четыре высококлассных рояля, желательно Stainway, а в театре такой только один. Да ещё и пианисты работают приезжие... Словом, пермский балет ступил на ту же многотрудную дорожку, по которой уже идёт пермская опера: спектакль будет исполняться один-два раза в год, потому что большее число показов не потянуть организационно.

Музыку к балету «Геревень» сочинил Владимир Николаев по заказу Курентзиса. Дирижёр предложил ему написать сочинение на тему «Последняя брачная ночь» или «Разлука» в пандан к «Свадебке» Стравинского на тот же состав исполнителей, то есть четыре рояля, ударные, хор и солисты. Николаев создал великолепное произведение, в котором музыкальный авангард блистательно соединяется с фольклорной традицией, — сложное для исполнения, но лёгкое для восприятия благодаря энергии, драйву и своеобразной мелодике.

Текст для хора и солистов Николаев тоже придумал сам — они поют на некоем псевдославянском квазиязыке, которому принадлежит и слово «геревень», ничего не значащее, но содержащее много понятных корневых отсылок. Классики великого русского стихотворного авангарда вроде Велимира Хлебникова или Алексея Кручёных охотно пожали бы композитору руку.

Словом, всё с «Геревенем» обстоит прекрасно. Одно только вызывало недоумение слушателей, побывавших на премьере этого сочинения во время фестиваля «Дягилевские сезоны» летом этого года: а как под него танцевать? Это был первый вопрос, который задавали себе зрители, выходя с концерта. Музыка казалась совершенно небалетной.

Сейчас, после хореографической премьеры, кажется: точно для балета написано! В этом смысле Раду Поклитару идеально справился, чем по-хорошему удивил и автора, Владимира Николаева, который в одном из своих интервью признался, что испытывал чувство вины за то, что подсунул хореографу такую задачку.

Поклитару услышал в музыке «Геревеня» противостояние мужского и женского начал, выраженное, в первую очередь, в диалоге мужского и женского хора. Содержится в музыке и нечто первобытное, древнеславянское — отсюда и появился сюжет балета о том, как сквозь первобытную дикость прорастает человечность. Словом, хореографический текст и танцевальный сюжет прекрасно соответствуют друг другу.

Вписалась в общую концепцию и сценография постоянного соратника Поклитару Андрея Злобина, и костюмы Анны Ипатьевой, ещё одного постоянного члена команды «Киев модерн-балета». Придуманные Злобиным декорации столь же многозначительны, лишены конкретного содержания, но очень понятны с точки зрения архетипов, как и музыка и текст «Геревеня».

Словом, проект удался... Точнее будет сказать «удался бы», если бы он не был составной частью балетного вечера, где вслед за «Геревенем» идёт «Свадебка» Стравинского в хореографии Иржи Килиана.

Если музыка Николаева ни в чём не проигрывает сочинению классика, то хореографическая лексика Поклитару в сравнении с килиановской кажется на удивление бедной: вся она состоит из повторения уже виденных па, которых не так уж и много в арсенале хореографа. Более того: балет 1982 года («Свадебка») кажется более новым и принципиально более радикальным, чем совсем свежая постановка («Геревень»)!

Не будет преувеличением сказать, что музыкальная часть вечера стала более значимой, чем танцевальная. Чрезвычайно сложные, требующие блистательного мастерства и немалого вложения исполнительских сил и энергии «Геревень» и «Свадебка» прозвучали роскошно — хоть на диск записывай. «Свадебкой» к тому же дирижировал сам Куретзис, который по определению «звезда», и часть публики помоложе пришла конкретно «на Теодора». Так что неудивительно, что в финале балетного вечера публика аплодировала так, будто это «Свадебка» была премьерой, а вовсе не «Геревень».

Среди восторженной публики был и специальный гость Борис Гребенщиков, который вместе с красивыми спутницами занял ложу ?3. Экстравагантный, одетый в красное музыкант так проникся пермским балетом, что остался на традиционную театральную вечеринку по случаю премьеры, где играл на гитаре до глубокой ночи.

Источник  

поиск