26 февраля 2020
Сегодня
27 февраля 2020
11 марта 2020
12 марта 2020
15 марта 2020
17 марта 2020
18 марта 2020
22 марта 2020
26 марта 2020
29 марта 2020
30 марта 2020
04 апреля 2020
07 апреля 2020
08 апреля 2020
09 апреля 2020
11 апреля 2020
12 апреля 2020
15 апреля 2020
16 апреля 2020
17 апреля 2020
18 апреля 2020
19 апреля 2020
22 апреля 2020
24 апреля 2020
25 апреля 2020
26 апреля 2020
28 апреля 2020
29 апреля 2020
30 апреля 2020
03 мая 2020
07 мая 2020
11 мая 2020
14 мая 2020
15 мая 2020
16 мая 2020
19 мая 2020
21 мая 2020
22 мая 2020
Пресса
  • Февраль
    01
    02
    03
    04
    05
    06
    07
    08
    09
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
    17
    18
    19
    20
    21
    22
    23
    24
    25
    26
  • Март
  • Апрель
  • Май
02.03.2015
Ведомости: Пермская опера сыграла на «Золотой маске» «Носферату» Дмитрия Курляндского

Не впервые пермская компания показывает так называемое «современное» произведение, но все-таки «Медея. Материал» Паскаля Дюсапена, сыгранная два года назад, была написана еще в конце прошлого века, а вот опус композитора Дмитрия Курляндского и либреттиста Димитриса Яламаса - свежая, специально созданная по заказу театра опера. Для репертуара она, впрочем, не предназначена - весь строй и облик ее сугубо фестивальный.

Название «Носферату» - одно из имен готического графа-вампира Дракулы - только сбивает с толку: по сути, либретто - вольная перелицовка мифа о хозяине подземелья Аиде и плененной им Персефоне. Как подобает современному человеку, Носферату-Аид трясется от всех болезней мира (их список пропевается), заново учится говорить (звучит алфавит), Персефона же несет ему жизнь (в нескольких ариях она распевает тексты рецептов), а свадьбу их играют в загробном мире (мужской хор декламирует Dies irae из Реквиема, подруги невесты исполняют неприличные частушки в переводе на латынь). Про кровь много написано в буклете, но на сцене она не льется. Опера завершается двойным убийством героев при помощи красной туфельки.

Серьезное достижение проекта - вокал, непохожий на оперный. Для Натальи Пшеничниковой экстремальный авангардный стиль - естественная стихия, и чувствует она себя в ней как царица. Ею же обучены не только молодая солистка оперы Элени-Лидия Стамелу, но и два драматических актера, исполняющих главные роли: Тасос Димас и София Хилл; один издает утробные звуки, впоследствии мучительно складывающиеся в слова, другая эффектно смешивает колоратуры с декламацией. Оба главных исполнителя - постоянные артисты Теодороса Терзопулоса, в остальном обошедшегося в своей постановке общими местами вроде шествий по заднему плану молодых людей с балеринами под мышкой. Декламация Аллы Демидовой вносит толику привычного драматического театра.

Музыка Курляндского опирается на пропорционально выверенную временную структуру. Лучшие места рождаются, когда ее удается насытить неодномерными, разноприродными звучностями. Хор и оркестр MusicAeterna под управлением Теодора Курентзиса впечатляют точностью и мастерством. Декорации Янниса Кунеллиса убеждают европейской лаконичностью. Сегодня едва ли можно говорить о новизне придуманного, но определенно, что музыкально-театральная эстетика ХХ в. не сдает позиций и даже завоевывает новые - например, на Урале.

Петр Поспелов | Ведомости

поиск