Премьера второй оперы Глинки «Руслан и Людмила», созданной по мотивам поэмы Пушкина, состоялась ровно через шесть лет после триумфа «Ивана Сусанина» 27 ноября (9 декабря) 1842 года в Мариинском театре и в ознаменование годовщины первой русской национальной оперы.
По мнению музыкального критика второй половины XIX века Николая Кашкина, «эта опера в большей степени, нежели „Иван Сусанин“, послужила образцом для русских композиторов за все истекшее пятидесятилетие» с момента написания оперы. С точки зрения современника Глинки театрального критика и водевилиста Федора Кони, «Руслана и Людмилу» можно рассматривать только как «фантастическую ораторию, страдающую отсутствием драматизма». Авторитетный редактор журнала «Библиотека для чтения» востоковед Осип Сенковский назвал оперу «шедевром в полном смысле слова», сравнимым с умной филигранной книгой, для понимания которой необходимо «прочесть ее четыре раза…, всему надивиться вразбивку: и тогда уже… читать… с начала до конца с полным и свободным восторгом».
Подобно «Ивану Сусанину» «Руслан и Людмила» произведение народно-героическое, но только в волшебном, а не историко-легендарном изводе. И вся свобода фантазии композитора, допустимая в сказочном жанре, нашла здесь свое исчерпывающее воплощение. Как бы ни спорили музыковеды и критики о драматургических слабостях либретто, в создании которого принимали участие друзья и приятели Глинки, поразительная цельность музыкальной концепции оперы, хоть и создаваемой «по кусочкам и урывками», как бы подчинила себе драматургическое начало, свойственное жанру, преобразив его в эпическое, свойственное замыслу композитора. Исследователь творчества Михаила Глинки, композитор и музыковед Борис Асафьев, видя в опере «Руслан и Людмила» характерные эпохе создания черты романтизма, традиции придворного театра с его склонностью к «пышным экзотическим зрелищам», главным определяет эпическое начало, «как реальное, конкретное, в музыке осуществленное „сказывание“… о делах давно минувших лет, а в сущности о человечески-постоянном, всегда каждым творческим народом… повествуемом содержании». И в этом залог ее долгой сценической жизни.
В Пермском городском театре опера «Руслан и Людмила» впервые прозвучала в сезоне 1879/1880 годов. В период городской театральной дирекции (сезон 1898/1899 годов) в режиссуре Николая Боголюбова в обновленной волшебной декорации с любимыми публикой артистами Алексеем Кругловым в партии Руслана, Аллой Томской в партии Ратмира и Александром Городцовым в партии Фарлафа она вызвала бурные восторги пермских «опероманов». В советское время на нашей сцене постановка оперы была осуществлена только однажды в декабре 1958 года. Режиссер Иосиф Келлер, музыкальный руководитель Александр Шморгонер и художник Борис Матрунин постарались выразить в музыкальном, декорационном и мизансценическом решении экзотико-фантастический и вместе с тем глубоко русский, народный мир произведения Глинки.
