17 октября 2019
19 октября 2019
20 октября 2019
23 октября 2019
25 октября 2019
02 ноября 2019
07 ноября 2019
10 ноября 2019
12 ноября 2019
13 ноября 2019
16 ноября 2019
19 ноября 2019
20 ноября 2019
22 ноября 2019
23 ноября 2019
24 ноября 2019
30 ноября 2019
Журнал
  • Октябрь
    01
    02
    03
    04
    05
    06
    07
    08
    09
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
  • Ноябрь
27.03.2015
Теодор Курентзис: «Мы очень мало танцуем»

«Запись оперы года», «Премия немецких критиков в области грамзаписи», недавняя сенсация в Москве: Теодор Курентзис привносит движение в мир классического искусства.

Теодор Курентзис (42 года) родился в Греции, в настоящий момент работает в российской провинции, в Перми, где он руководит своим оркестром musicAeterna. Изолированные от остального мира, музыканты наслаждаются сказочными условиями, которые им создают время, деньги и техника.

— Теодор, ваши записи опер Моцарта «Свадьба Фигаро» и «Так поступают все женщины» считаются лучшими образцами аутентичного исполнительства. При этом речь не идет об исторической достоверности, как Вы однажды заявили.

Теодор Курентзис: Я, прежде всего, хочу разбудить дух произведений. Аутентичные инструменты и тщательное исследование источников в случае с Моцартом играют необычайную роль и помогают освободиться от романтических, часто лишенных контуров интерпретаций его трудов. Я бы даже мог использовать вместо аутентичных инструментов балалайки и электрогитары, если бы они помогли мне подступиться к духу музыки еще ближе. Историческая достоверность загораживает музыке дорогу, если она слишком сильно зависима от догматов. Помогло ли бы мне осознание, что те или иные аккорды во времена Моцарта звучали бы неуместно? Вряд ли, в этом случае я бы их исправил.

— Имеет ли для вас значение, ставите ли вы на сцене «старое произведение» Баха или музыку XX столетия?

— Музыканту, прежде всего, необходимо как следует ознакомиться с народной и барочной музыкой, а уже только потом с остальными элементами концертного репертуара. Так как именно народная музыка образует фундамент пения, а музыка эпохи барокко – фундамент танца. При этом мы говорим о связи духа и тела, мыслей и чувств, то есть о человеке в целом. Именно из этого единства музыка черпает свою силу.

— То есть барочная музыка занимает особое место?

— Это мы поняли на собственном опыте во время репетиций с ансамблем musicAeterna: по ночам мы отрабатывали такие барочные танцы, как жига и чакона, а на следующее утро мы чувствовали себя необыкновенно бодрыми и освобожденными от всего душевного бремени. Этот опыт нам показывает, что сегодня мы очень мало танцуем – я имею в виду не бессмысленные танцы на дискотеке, а говорю о последовательности движений, которые помогают нам прочувствовать связь духа и тела.

— 25 марта вы выступаете в Центре культуры и конгрессов в Люцерне с произведениями Жана Филиппа Рамо и Иоганна Себастьяна Баха. Какую связь вы видите между этими двумя композиторами эпохи барокко?

— Бах, по моему мнению, не является композитором эпохи барокко. Его музыка универсальна и актуальна всегда, она выходит далеко за рамки его эпохи. Воплощением барочной музыки для меня является Гендель, в то время как музыка Баха, как мне кажется, существовала всегда и существует по сей день, и лишь по исторической случайности этот композитор облачен в барочный костюм. Рамо же существует сам по себе. Его труды имеют все характерные черты музыки эпохи барокко, благодаря им мы можем сегодня открыть эту эпоху заново.

— Вы испытываете чувство неудовлетворения от «фабричного менталитета» классического исполнения и когда звук «лишен эмоций». Но ваши записи, заслужившие множество похвал, во многом появились благодаря современной технике, которая находится на высоком уровне.

— Я трачу очень много времени и энергии, чтобы найти для каждого произведения идеальный звук. Хорошие условия звукозаписывающих студий, безусловно, помогают, но за ними в то же время скрывается принципиальная проблема: реалистичный звук далеко не всегда соответствует  собственным представлениям. Поэтому лучший звук – это тот звук, который способен пробудить фантазию слушателей. В результате иногда возникают ситуации, когда мы выбираем версию, которая в техническом плане не является самой лучшей, но которая наиболее соответствует духу произведения, в отличие от технически безупречной версии.

— Вы также выступаете против «истеблишмента» в музыкальной отрасли и во что бы то ни стало не хотите ему подчиняться. Не считаете ли вы, что, будучи звездой, вы уже давно примкнули к этой среде?

— Я не приравниваю друг к другу понятия «истеблишмент» и «успех в области искусства». Вопрос больше заключается в том, не превращаетесь ли вы, достигнув успеха, в слуг богатых и власть имущих. Артисты, которые улыбаются с плакатов, и музыка, которая не задевает за живое, идут именно в этом направлении. Я считаю себя абсолютно свободным в этом отношении.

— Как вы относитесь к кризису, с которым столкнулась ваша родная страна?

— Я абсолютно очарован и восхищен тем, как греки стараются осмыслить свои корни и развить новое чувство единства. Такое невозможно было представить еще десять лет назад: люди спали, сейчас они встревожены и внимательны. Поэтому искусство тоже приобретает особое значение. Я настроен оптимистично, так как зародилась основа для чего-то нового, лучшего, чего нельзя купить за доллары.

Концерт в Центре культуры и конгрессов в Люцерне: Теодор Курентзис и его ансамбль musicAeterna — гости Фестиваля в Люцерне. Их выступление состоится 25 марта, в 19:30, в Центре культуры и конгрессов в Люцерне. Будут исполнены произведения Баха и Рамо. 

Вопросы задавал Симон Бордир

поиск