17 октября 2019
19 октября 2019
20 октября 2019
23 октября 2019
25 октября 2019
02 ноября 2019
07 ноября 2019
10 ноября 2019
12 ноября 2019
13 ноября 2019
16 ноября 2019
19 ноября 2019
20 ноября 2019
22 ноября 2019
23 ноября 2019
24 ноября 2019
30 ноября 2019
Журнал
  • Октябрь
    01
    02
    03
    04
    05
    06
    07
    08
    09
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
  • Ноябрь
20.04.2015
Мартин Зандхофф: Perm, Ich sehe dich!

Первое «прогулочное» интервью в компании фотографа Тимура Абасова, переводчика Татьяны Пешковой и Марии Трокай совершил Мартин Зандхофф, один из основателей и художественный руководитель оркестра Concerto Köln (Кёльн, Германия). Господин Зандхофф приглашён в Пермский театр оперы и балета в качестве ассистента дирижёра оркестра MusicAeterna.

Понедельник. 13 апреля. Утро. Сквер оперного театра

Мы встретились с господином Зандхоффом, когда он сидел на ограде клумбы и курил трубку.

Мартин Зандхофф:

— Здравствуйте, давайте знакомиться! Не знаю, в курсе ли вы, я художественный руководитель оркестра в Кёльне. Это очень часто гастролирующий оркестр. Мы даём примерно около ста концертов в год. В данный момент, например, мои коллеги находятся в Сан-Франциско. А я вот здесь. И готов показать маршрут, по которому я люблю прогуляться в Перми. Должен сказать, почти всё время я провожу в театре, работая с оркестром. Живу в пяти минутах ходьбы отсюда. И пребывание в Перми — опыт для меня во всех смыслах совершенно новый.

Мы направились к выходу из театрального сквера и по улице 25 Октября и быстрым шагом, продолжая беседовать, спустились вниз — к улице Монастырской и скверу им. Решетникова.

— Когда вы впервые приехали в Пермь?

— Три года назад Теодор Курентзис пригласил меня на постановку оперы Моцарта «Свадьба Фигаро». Оказавшись в Перми, с первых же репетиций я почувствовал себя здесь как дома. Видите ли, Моцарт — любимый композитор на протяжении всей моей музыкальной жизни, поэтому, когда мы приступили к репетиции, я почувствовал, что и Теодор, и замечательный оркестр, и я — мы работаем в одном духе. Это большое счастье для музыканта!

— Успеваете ли вы замечать этот город? Каким было самое первое впечатление в Перми?

— Поначалу, конечно, когда я приехал, у меня не было времени ни на что, кроме репетиций. И потом, для человека из Кёльна опыт пребывания на Урале, где пять месяцев длится зима, — это очень необычный опыт...

Мы вышли на Монастырскую, и Мартин указал на тротуар.

— Я знаю, что вот эта зелёная линия обозначает туристический маршрут по Перми. Она нужна, чтобы приезжающие в Пермь познакомились с историей города, увидели наиболее значимые и интересные места в нём. Для меня же лучший маршрут утренней прогулки — до Соборной площади, где находится Художественная галерея, и обратно к театру.

Сказав это, господин Зандхофф широкими шагами пересёк Монастырскую в неположенном месте. И нам с Татьяной и Тимуром пришлось сделать это, чтобы не отставать от нашего героя.

Сквер им. Решетникова мы пробежали насквозь. Памятник «Героям Гражданской войны» скульпторов Ю. Екубенко и М. Футлика не попал в поле зрения Мартина.

— Вас не шокирует чёрный снег?

— Конечно, это странновато. Поначалу я был в шоке, потому что недавно я вернулся из Санкт-Петербурга, где мы работали над ещё одной оперой Моцарта «Так поступают все женщины». Питер — великолепный город, красота необыкновенная, и я его очень люблю. Хотя Теодор меня подготовил некоторым образом, он сказал, что в Перми наибольшая концентрация внимания предстоит именно на музыкальной части, то есть некогда будет оглядываться по сторонам и что-то смотреть.

— А мы как раз устроили прогулку, чтобы вы оглянулись по сторонам!

— Вот это — прекрасный путь для прогулки! Конечно, я принял предложение приехать сюда ради того, чтобы создать нечто необычное, с музыкальной точки зрения. Именно в этом моя мотивация приезда в Пермь. Потому что, признаться, с туристической точки зрения Пермь вряд ли окажется первым городом в списке мест, которые бы я посетил...

Но теперь ваш город для меня — почти дом. Потому что прошлым летом я подписал новый договор с театром, который продлится до 2017 года. И это означает, что я вынужден прекратить свою работу с оркестром в Кёльне. Представьте, после тридцати лет работы — всё-таки не шутка! В конце 2015 года я прекращаю своё художественное руководство над Concerto Köln, потому что одновременно делать и то и другое невозможно...

Конечно, переезд в Пермь стал для меня шансом увидеть русскую культуру. И это новый взгляд на работу с музыкой. Если соединить всё это, чувствуется очень мощный эффект нового периода жизни.

В этот момент мы проходим мимо двухэтажного деревянного дома старой постройки, расположенного на противоположной стороне улицы Монастырской.

— Извините, что перебиваю... Как вы воспринимаете вот такие пермские дома?

— О! Вот именно это здание я и хотел показать вам. Для меня это тот самый тип русской старинной архитектуры, который мне очень нравится. Такие дома в этом районе Перми можно часто увидеть. Они не реконструированы, о них нет заботы, но стиль чувствуется. Интересно, живёт ли там кто- то сейчас?

Предлагаю сделать кадр на фоне дома. Для этого нужно снова перейти улицу. И... вслед за господином Зандхоффом мы опять пересекаем дорогу в неположенном месте. Водители нас пропускают.

— А то, что мы пересекаем проезжую часть в неположенных местах, вас не смущает?

— В Кёльне я этим постоянно занимаюсь...

— Серьёзно?

— Серьёзно. Нарушаем правила. В Кёльне все постоянно переходят улицу не там, где надо.

— В сравнении с водителями в Германии российские автомобилисты терпеливы?

— Мне кажется, они очень вежливые. И вообще, люди в вашем городе, особенно люди театрального круга, с которыми мне довелось общаться, очень добры.

Вчера меня пригласили на небольшую вечеринку по поводу дня рождения. Там была очень тёплая и дружественная атмосфера. И вот одно из моих наблюдений того вечера. В Германии образованные люди — такие как я, допустим, люди моего поколения — ценят независимость. А здесь я вижу, насколько сильна для русских ценность семьи. Возникает даже ощущение клановости. Это полностью отличается от того отношения к семье, к которому я привык. Несмотря на трудности повседневной жизни, которые многие русские семьи испытывают, люди здесь помогают друг другу. Такая традиция взаимной поддержки мне симпатична.

Не прекращая разговора, Мартин позирует для портрета.

— Вы обращаете внимание на архитектуру в городе?

— Мой отец был архитектором. Интерес и вкус, видимо, он мне привил.

Мне нравятся детали оформления фасадов: резные наличники, кружева из дерева -как вот на этом здании. По этой же причине, например, по Петербургу я всегда хожу, запрокинув голову. Недавно, когда мы с Теодором (Курентзисом) были вместе в Петербурге, мы тоже обсуждали специфику Перми и особенности жизни здесь. Для такого оркестра, как MusicAeterna, быть здесь — означает сфокусироваться только на музыке. Но иногда полезно вынырнуть во внешний, столичный мир. Поехать в Петербург, зарядиться энергией — это мотивация, чтобы продолжать работать здесь.

К деревянному дому, возле которого мы разговариваем, примыкает особняк, в котором расположен мужской клуб. Напротив — здание Сбербанка из стекла и металла.

— Как вы считаете, Мартин, городской ландшафт влияет на характер человека и его внутренний мир? В чём вы видите особенность пермяков, если нас окружают вот такие архитектурные контрасты?

— Ну, у меня есть две части ответа на этот вопрос. Согласен, что среда влияет на человека. Я не единственный в пермском театре, для кого приезд в Пермь и совместная работа с Теодором Курентзисом открывает горизонты сознания, вообще новые горизонты восприятия жизни. Но в данном случае это профессиональная среда. Что касается пермяков, я не знаю их жизни достаточно, чтобы говорить что-то определённое. Слышал, что они ведут активную социальную и культурную жизнь, постоянно поддерживают общение со своими родственниками, друзьями, соседями. И это для них приоритет. Не знаю, правильно ли это...

Шагаем дальше вверх по улице Монастырской, мимо ограды зоопарка.

— Насколько для вас как флейтиста важна чистота воздуха в городе? Чувствуете ли вы разницу между Пермью и Кёльном в этом отношении?

— Моя трубка — это единственный инструмент, которым я дышу чаще всего. Это, конечно, не самый здоровый образ жизни для любого духовика... Говоря серьёзно, иногда я чувствую, что воздух в этом городе не очень чист. Сегодня, допустим, ветерок, свежий воздух чувствуется. В другие дни можно наблюдать настоящий смог.

Останавливаемся напротив просевшего в асфальт канализационного люка.

— Как часто вы замечаете вот такие ямы и выбоины на пермских дорогах?

— Часто. В Германии это тоже зависит от того, в каком городе живёшь. Если это Мюнхен — город, располагающий достаточными финансовыми ресурсами, то такого не увидишь. Если это Кёльн, где в данный момент таких ресурсов нет, то и там после зимы можно будет увидеть такие же пробоины. Но в Кёльне не так грязно на улицах, если сравнивать с Пермью. Я стираю брюки и мою обувь здесь постоянно, каждый день! Например, вчера, чтобы доехать на вечеринку, мне пришлось взять такси. Это очень странно: сел в такси чистый, вышел из такси уже весь грязный!

— Это раздражает?

— Нет. Если я гость, то принимаю здешнюю жизнь такой, какая она есть. Хочу повторить то, что я говорил несколько месяцев назад в другом интервью. В Германии, с точки зрения механики, техники, офисной работы, всё работает отлично. Есть стереотип — немецкая точность, аккуратность. И в этом, по моему мнению, признаки декаданса. Мне кажется, мы теряем душу в подобном образе жизни, утрачиваем душевность и теплоту. А здесь, особенно если говорить об оркестре и музыке, настолько силён дух! Вот в чём притяжение Перми и что мне здесь нравится больше всего.

— Мартин, воспринимаете ли вы Пермь как нечто экзотическое? И что именно вы воспринимаете как экзотику?

— Для меня экзотика заключается уже в том, что я в свои 55 лет предпринял путешествие в Россию! Непросто в этом возрасте полностью поменять жизнь. Решиться на такое — вот экзотика. Что интересно, когда мы работали над записью опер Моцарта, мы начинали с самого утра и работали до двух часов ночи. Я удивлялся, что не чувствую никакой усталости. Когда речь идёт о записи с оркестром в Кёльне, там всё очень чётко: шесть часов отработали согласно расписанию — закончили. Здесь так не бывает. Мне удивительно, что я чувствую себя комфортно в этих условиях.

— Не мёрзнете ли вы в наших широтах?

— Пять месяцев зимы — для меня это тяжело. Правда, очень тяжело. И даже сейчас, когда у меня здесь появился близкий человек, девушка, в которую я влюблён, всё равно я иногда тоскую по родине. Контракт позволяет мне уезжать домой, когда у меня запланированы концерты в Германии. Я постоянно поддерживаю контакты с коллегами в Кёльне, так или иначе. А если становится совсем тяжело на душе, то я просто смотрю кёльнское телевидение в интернете.

Дошагав до Соборной площади, мы, сопротивляясь сильному ветру, останавливаемся у входа в галерею.

— Мартин, почему вам нравится именно это место в нашем городе?

— Я вообще люблю открытое пространство, площади. Конечно, самые красивые площади в Италии. Там они называются пьяцца (piazza). И эта площадь великолепна. Особенно здесь хорошо летом. Я часто наблюдаю, как собираются люди, компании — каждая по своему поводу. Одни празднуют что-то, другие просто встречаются, общаются. Кстати, вспомнил: одна из экзотичных для меня сторон русской жизни, которая мне нравится, — это дача. Здесь у всех есть дача, все едут со своими семьями и друзьями, чтобы провести время на природе, топят баню, работают в огороде, устраивают пикник, купаются в реке.

Кстати, в Кёльне протекает Рейн — заметная по ширине река, но даже в сравнении с ним Кама, конечно, огромная!

Пронизывающий ветер дул с Камы так сильно, что подойти ближе к воде нас не тянуло. Да и неоткуда любоваться широкой рекой — синий забор по-прежнему перегораживает то место, которое раньше называлось смотровой площадкой, парапетом и лестницей.

Поэтому, немного постояв на площади, мы отправились в обратный путь к театру.

— Как вы относитесь к обилию рекламных баннеров и щитов на фасадах зданий в Перми?

— Меня это расстраивает, мне это не нравится. Предпочитаю бывать в таких местах, где рекламы нет. Лучше всего выехать за город. Расстояния здесь потрясают, конечно... Однажды мы ехали в гости к друзьям в течение четырёх часов — это ужасно длинная дорога по немецким меркам. А здесь все относятся к большим расстояниям спокойно и так же спокойно могут их преодолеть.

Обратный путь тем же маршрутом мы прошли ещё быстрее, потому что, погрузившись в беседу, Мартин Зандхофф уже почти не смотрел по сторонам.

— Возвращаясь к началу разговора, я бы хотел подчеркнуть, что причина моего пребывания в Перми — это всё-таки музыка... Руководитель оркестра musicAeterna Теодор Курентзис пригласил меня, зная специфику, структуру и стиль работы моего оркестра Concerto Köln. Он хотел, чтобы я привнёс этот стиль в работу оркестра пермского театра.

Вот над этим мы сейчас и трудимся. Я привёз с собой толстый «талмуд» — документ, в котором прописано всё о том, как поставлен рабочий процесс. В соответствии с этим документом я думаю, выбираю, как организовать нашу работу здесь, кто за что ответственен, с музыкальной точки зрения. И в то же время я не всегда уверен, будет ли опыт немецкого оркестра полезен. Потому что та лёгкая спонтанность, которая присутствует в работе оркестра здесь... Она тоже необходима для поэтического восприятия и наилучшего результата.

Сворачиваем с Монастырской улицы на Сибирскую. Господин Зандхофф обращает наше внимание на вывеску винотеки Vinorio.

— Мне нравится это местечко. Там приятно делать покупки — никакого языкового барьера. Продавцы говорят на трёх языках — английском, французском, немецком. И можно дегустировать вино.

— Вы уже привыкли делать покупки по-пермски?

— Не совсем. Это обычно непросто, потому что в большинстве магазинов приходится изъясняться жестами. Мой план на будущее — начать учить русский язык. Это необходимо. Что касается покупок, непривычен сам принцип ходить в магазин каждый день за хлебом и молоком, предположим. В Германии принято закупать продукты раз в неделю.

— А если вам, предположим, понадобятся услуги парикмахера, куда вы пойдёте в Перми?

— О, я лучше вернусь в Кёльн!

Мария Трокай | Zvzda.ru

поиск