05 августа 2021
12 августа 2021
18 августа 2021
19 августа 2021
25 августа 2021
26 августа 2021
05 сентября 2021
15 сентября 2021
16 сентября 2021
17 сентября 2021
19 сентября 2021
22 сентября 2021
24 сентября 2021
25 сентября 2021
29 сентября 2021
01 октября 2021
03 октября 2021
06 октября 2021
09 октября 2021
10 октября 2021
13 октября 2021
14 октября 2021
17 октября 2021
19 октября 2021
21 октября 2021
27 октября 2021
28 октября 2021
30 октября 2021
31 октября 2021
Пресса
  • Июль
    01
    02
    03
    04
    05
    06
    07
    08
    09
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
    17
    18
    19
    20
    21
    22
    23
    24
    25
    26
    27
    28
    29
    30
  • Август
  • Сентябрь
  • Октябрь
07.06.2021
Необъяснимо, но факт. Премьеры в Перми и философия балетного восприятия. Colta.ru

09tyF3LA.jpeg

Фото: Андрей Чунтомов


Пермский балет исполнил новую программу — второй акт из оперы «Жизнь за царя» в ленинградской постановке 1939 года и новый балет руководителя труппы Антона Пимонова «Концерт № 5». Комментирует Татьяна Розулина.

Анонсы этого вечера были написаны как сенсация: «Пермский балет покажет две премьеры за один вечер» или «В Перми покажут сразу две балетные премьеры». Мысль, что в одном спектакле можно исполнить больше одного произведения, у российских культурных обывателей до сих пор вызывает изумление и консюмеристскую радость: два по цене одного, надо брать. Потом, правда, наступает разочарование: балеты оказываются бессюжетными. Простые зрители чувствуют себя обманутыми покупателями и в качестве утешения идут смотреть, как непростой и очень известный зритель громит балет — «непонятное, условное, бессмысленное искусство», в котором «люди истязают себя в каких-то необъяснимых пачках, чтобы на пальцах ног стоять».

В чем, например, сюжет и смысл «Польского бала» — танцевальной сюиты, вынутой из оперы Глинки и данной без партии хора, без веры, царя и Отечества? Полонез, краковяк, вальс, мазурка — харáктерные танцы, то есть старинный сценический вариант бальных танцев «в национальном характере». Заземленность, пластическая острота, нутряная энергия и умение сдерживать ее — умение властвовать собой. В подобных танцах являл себя артистический шик, искусство жить красиво: станцуй мазурку, и я скажу, кто ты. Когда-то в балетных труппах для исполнения харáктерных номеров существовал особый разряд артистов, а сегодня это почти утраченное искусство. Дольше всего его секреты хранились в советском балете. Представьте: 1956 год, Большой театр впервые выступает за границей и среди прочего привозит в Лондон вот такую Царь-пушку. Это как раз краковяк из «Жизни за царя»: хореография не та, что сейчас исполнили в Перми, но это не имеет значения — оцените красоту и натиск.

Прекрасно, что в Перми поставили «Польский бал» и для этого пригласили из Мариинского театра мастерицу Елену Баженову. Прекрасен белый павильон с арматурами, построенный Альоной Пикаловой. Труднее с костюмами: Татьяна Ногинова вывела на сцену не панов и паненок времен Смуты, а молодых людей середины прошлого века — бал победителей превратила в маскарад. Красивая идея сбоит в реализации: контрасты черного, серого, shocking pink и синтетического золота чрезмерны. Корпулентные юноши невыгодно одеты в обтягивающие шелковые рубашки и серые брюки наподобие джинсов. Крупные орнаменты на юбках, головные уборы с эгретами, расшитые в мелкий ромбик ментики придают картине черты гротеска.


SW2VSe3A.jpeg

Фото: Андрей Чунтомов


В исключительной тесноте (на самой маленькой оперной сцене континента сменяют друг друга 28 пар исполнителей) танцы, поставленные Андреем Лопуховым и Сергеем Коренем в довоенном Ленинграде, скукожились. Прямые линии то и дело рушились. Куда-то подевалась выворотность ног, обязательная и в харáктерных танцах. Кисти рук торчали вениками. Помимо исправления частных огрехов труппе еще предстоит избавиться от детско-юношеской манеры и потяжелеть — осознать харáктерный танец не как необходимость сильно наклонять корпус в нужные моменты, а как непрерывность пластического росчерка. Пример показывает старшее поколение — Анастасия Костюк и Марат Фадеев в роли хозяев бала и Альбина Рангулова в пуантном вальсе.

Новый балет Антона Пимонова тоже дан артистам на вырост. «Концерт № 5» труден по стилю и координации, он требует иной артикуляции — пока что зажатые руки и корпус не дают необходимой маневренности. Задачи хореографа точнее всего выполнила шестерка деми-солистов — в последний премьерный день это были Ляйсан Гизатуллина, Лариса Москаленко, Ксения Ткаченко, Илья Будрин, Артем Мишаков и Александр Таранов.

Для зрителей балет труден своей мнимой простотой. Белый кабинет, холодный свет Алексея Хорошева, строгая униформа — здесь работа Татьяны Ногиновой безусловно хороша. Пимонов верен себе: мелким бисером Пятого фортепианного концерта Прокофьева он не прельстился. В музыке его интересовали ровный моторный ход, внезапные монтажные стыки и общий агрессивный тонус. По контрасту с фортепианными эскападами (солист — Алексей Сучков) хореографический рисунок и лексика скупы. Не нужно искать «изобретательный текст» — это балет грубого жеста и крупных символов. Центральный дуэт (Диана Куцбах, Марко Гонзага) стянут к длительной остановке балерины в первом арабеске, главной позе классического танца. В том же первом арабеске замирает весь кордебалет, пока музыка раздувается в тяжелой кульминации. По смыслу это похоже на каменный куб, который во время танца семи покрывал опускался на Саломею в зальцбургском спектакле Ромео Кастеллуччи, — здесь эта глыба опускается на головы публики.

К финальной части лексикон оказывается редуцирован до минимума. Взамен возникает чувство захватывающего движения, такое редкое в современном сценическом танце. Работа большой хореографической машины становится понятной и безусловной. Этот строгий стиль Пимонова будет оценен не сразу. Остается, как и всегда, проблема восприятия: ленивый взгляд потребителя способен превратить «Концерт № 5» в собрание банальностей, балет — в стояние на пальцах в необъяснимых пачках, кино — в смену световых пятен на экране, а искусство — в бесполезный придаток к вечно трудной жизни.


Текст: Татьяна Розулина, Colta.ru

поиск