14 ноября 2019
Сегодня
16 ноября 2019
19 ноября 2019
20 ноября 2019
22 ноября 2019
23 ноября 2019
24 ноября 2019
30 ноября 2019
01 декабря 2019
03 декабря 2019
04 декабря 2019
05 декабря 2019
06 декабря 2019
07 декабря 2019
08 декабря 2019
10 декабря 2019
12 декабря 2019
13 декабря 2019
14 декабря 2019
15 декабря 2019
24 декабря 2019
25 декабря 2019
27 декабря 2019
28 декабря 2019
29 декабря 2019
31 декабря 2019
03 января 2020
04 января 2020
05 января 2020
Пресса
  • Ноябрь
    01
    02
    03
    04
    05
    06
    07
    08
    09
    10
    11
    12
    13
    14
  • Декабрь
  • Январь
31.01.2011
Openspace.ru: Теодор Курентзис: ?Один час лететь в Пермь ? чтобы послушать настоящую музыку, с деталями, с качеством?

На зимнем Баден-Баденском фестивале заканчивается пребывание Теодора Курентзиса, полностью посвященное Моцарту (опера «Так поступают все женщины» и Реквием). В перерыве между репетициями с хором и ансамблем Balthasar-Neumann, задействованными в этом проекте, дирижер ответил на вопросы ЕКАТЕРИНЫ БИРЮКОВОЙ.

— Хор и ансамбль Balthasar-Neumann — барочники, они же и так знают, как старую музыку надо исполнять. Работая с ними, ты не чувствуешь противодействия — «не учи ученого»?

— Наоборот, подходят после каждой репетиции, говорят спасибо за то, что так много новой информации получили. То, что я делаю сейчас с ними в Моцарте, — это информация уже следующего поколения. Не только для России, но и для Европы. Им это надо. И у них потрясающий энтузиазм, потому что они видят вещи, которых раньше не видели. Так детально никто не работает.

— То есть это другое отношение, чем, скажем, в оркестре Парижской оперы?

— Не сравнить. Это люди, которые говорят со мной на общем языке. Просто развитие фантазии и слуха не имеет предела. Скажем так, у нас есть общий язык, и мы стараемся сделать из него поэзию. Это занимает много времени. Я сижу с ними над каждой нотой, чтобы построить правильную артикуляцию, найти правильную ассоциацию.

У нас с ними очень много проектов намечено, у нас взаимная любовь. Есть предложение «Страсти по Матфею» вместе с моей Musica Аeterna делать. Два оркестра, два хора.

— Тогда давай про твой оркестр поговорим, про его пермское будущее.

— Все переезжают из Новосибирска в Пермь.

— А у кого семьи?

— Все равно.

— Им дают жилье?

— Да.

— Но это человек тридцать. А из кого будет состоять новый большой оркестр?

— Из Москвы и Санкт-Петербурга приедут. Большинство тех музыкантов в России, которые нас интересуют, к нам присоединяются. И из Франции, Германии, Голландии тоже приезжают жить в Перми. Девять человек приезжают из Европы, которые нас любят очень.

— Духовики?

— Большинство — да.

— А что будет с тем оркестром, который уже есть в Перми? Ты с ним встречался?

— Нет, но скоро я буду делать с ними программу, и я собираюсь с ними постоянно работать, чтобы поднять качество.

— Как будет функционировать новый оркестр?

— Смотри, каждые 20 дней мы делаем с ними один концерт или оперу в концертном исполнении. Остальное время — репетиции. Чтобы достичь удивительного качества. И два концерта в месяц камерные, где оркестранты обязаны играть, чтобы все развивались как солисты. Внутри оркестра должны быть подразделения — для современной, барочной и ренессансной музыки.

— Какие для этого есть площадки в городе?

— У нас три точки. Во-первых, сцена Оперного театра. Еще мы будем делать концерты в фойе — там оно очень красивое. И органный зал Филармонии.

Когда этот новый большой оркестр будет в сборе?

— В сентябре. Уже будет бетховенский состав — это около шестидесяти человек. А в декабре еще больше. И еще будет очень много хороших дирижеров, которые даже в Москве не работают.

Сам театр постепенно переводим в формат stagione. Три постановки в год. Часть театра пока продолжает работать в репертуарном режиме. Но спектакли ставим блоками — три дня подряд один спектакль, чтобы все отрепетировать. Не будет такого, чтобы каждый день новый спектакль. Скажем, три «Онегина», потом один день перерыв, потом три дня другое название.

А хватит публики в Перми на три вечера подряд с одним названием?

— Хватит. Потому что не будет рутины, мы будем хороших певцов на каждый спектакль привозить. Я перевожу туда всех моих певцов.

То есть, скажем, Вероника Джиоева тоже уходит из Новосибирска в Пермь?

— Ну конечно. Вся моя команда, которую я туда привез, уходит.

А тогда что происходит с местной оперной труппой? Она распускается?

— Почему? Я намерен заниматься с местными певцами. И вырастить их. Это моя работа в принципе. Ими просто никто не занимался.

Уже какие-то запланированы премьеры?

— «Так поступают все женщины» в сентябре — из Баден-Бадена. Но будет другой каст, очень мощный — Кермес будет петь, Джиоева, Малена Эрман. Потом мы делаем оперу Курляндского «Носферату», где режиссер будет Теодор Терзопулос и инсталлятор Янис Кунелис. Это первый раз Кунелис в опере, об этом бы мечтал любой оперный театр мира! И потом, у меня переговоры с Черняковым, но пока не могу сказать название. А следующий год — «Свадьба Фигаро» с тем же Филиппом Химмельманом, который поставил «Так поступают все женщины». Еще намечена копродукция с театром Real (Жерар Мортье, который руководит сейчас мадридским театром, уже делал совместную постановку с Новосибирском, над которой тогда работали Курентзис и Черняков. — OS). Планы очень большие.

Сколько ты будешь проводить времени в Перми?

— Много.

У тебя же есть еще западные проекты…

— Есть. Что интересно, оставлю; другое отменяю, чтобы быть в Перми.

С Большим театром какие у тебя перспективы?

— «Воццек» и «Утраченные иллюзии» Десятникова. И всё.

Каково будущее Дягилевского фестиваля, который много лет существует вокруг Пермского театра и является одним из самых серьезных и масштабных в России?

— Следующий фестиваль я возьму в свои руки. Есть идея, чтобы Анатолий Васильев был главным лицом следующего фестиваля.

На какой срок подписан твой контракт с Пермью?

— На пять лет. Если бы этого не случилось, я все равно бы забрал из Новосибирска Musica Aeterna. Были предложения перевести оркестр в Европу. Но из-за того, что я люблю Россию, я считаю, что нужно продолжать эту работу.

Мы, конечно, хотим сделать абонемент в Москве и Петербурге, чтобы можно было показывать, что мы сделали. Но в идеале нужно, чтобы люди приезжали нас послушать в Пермь. Есть недорогие билеты. Один час с небольшим лететь — чтобы послушать настоящую музыку, с деталями, с качеством. То, что невозможно услышать в Москве и Петербурге. ​

Источник

поиск