22 ноября 2019
Сегодня
23 ноября 2019
24 ноября 2019
30 ноября 2019
01 декабря 2019
03 декабря 2019
04 декабря 2019
05 декабря 2019
06 декабря 2019
07 декабря 2019
08 декабря 2019
10 декабря 2019
12 декабря 2019
13 декабря 2019
14 декабря 2019
15 декабря 2019
24 декабря 2019
25 декабря 2019
27 декабря 2019
28 декабря 2019
29 декабря 2019
31 декабря 2019
03 января 2020
04 января 2020
05 января 2020
Пресса
  • Ноябрь
    01
    02
    03
    04
    05
    06
    07
    08
    09
    10
    11
    12
    13
    14
    15
    16
    17
    18
    19
    20
    21
    22
  • Декабрь
  • Январь
07.02.2011
Итоги: Почему Пермь не провинция

Первичные признаки провинциальности — косность и ханжество, недоверие и закрытость к проявлениям нового, непривычного. Я сам неоднократно бывал в Перми, здесь не раз исполнялась моя музыка. Наши столицы могут поспорить с Пермью за право называться провинцией. Несмотря на то что здесь нет консерватории — а может, и благодаря тому, ведь наше образование в силу катастрофической нехватки актуальной информации зачастую прививает косность и закрытость. Дипломированное, «сертифицированное» незнание гораздо агрессивнее и опаснее для культуры, чем незнание наивное, открытое к восприятию незнакомого.

Вторичными признаками можно было бы назвать наличие и развитость инфраструктуры. Расскажу о том, что мне ближе, — о современной музыке. Если учитывать ее плачевное состояние в России в глобальном масштабе, то и по этим параметрам назвать Пермь провинцией было бы не вполне справедливо. Этот город давно стал одной из постоянных гастрольных точек самых активных российских коллективов, специализирующихся на исполнении новой музыки, — Московского ансамбля современной музыки (МАСМ), ГАМ-Ансамбля, «Студии новой музыки». В конце августа в городе Чайковском откроется первая международная академия МАСМ — беспрецедентное для России событие: две недели российских и иностранных студентов будут учить звезды современной музыки — итальянец Пьерлуиджи Биллоне и француз Франк Бедроссян. (Биллоне вообще никогда не был и не исполнялся у нас — его знакомство с Россией начнется с Пермского края.) Не говоря о фестивале «Дягилевские сезоны», на котором регулярно выступает тот же МАСМ, о Международном фестивале современной музыки, который курирует пермский композитор, председатель местного отделения Союза композиторов России Игорь Машуков, и т. д. Постановки новой оперы — редкость даже для столичных театров, а вот в Пермском недавно состоялась премьера оперы Александра Чайковского. Учитывая все вышеперечисленное, Пермь оказывается одним из активных игроков на поле современной музыки.

Есть еще один признак культурной провинции — отсутствие воли к конкурентной борьбе на широком культурном пространстве, консервация внутренней культурной жизни (так называемый особый путь). Пермский культурный проект, о котором последние годы много говорится, является попыткой выхода в мировое конкурентное пространство. Футбольные команды приглашают легионеров для повышения конкурентоспособности как на соревновательном уровне, так и внутри команды. Так же действует и культурная политика во всем мире. В Европе существует развитая система артистических стипендий и грантов, с помощью которых города завлекают к себе лучшие силы, создают для них максимально комфортные условия, чтобы в конечном итоге полностью заполучить себе известное имя. Так поступали в Средние века, когда правители стремились иметь при дворе лучших музыкантов и лучших художников, так поступают и сегодня. В результате слава художника частично присваивается и городу, который становится Меккой для поклонников его таланта.

Переезд Теодора Курентзиса — это настолько же заметная потеря для Новосибирска, насколько яркое приобретение для Перми. В конце концов, я больше чем уверен, что Теодор не оставил в Новосибирске после себя пустое, разоренное поле. Остаются музыканты, активно работавшие с ним, наконец, остается публика, у которой деятельность Теодора должна была воспитать достаточно изощренный вкус. У Новосибирска сейчас задача передать то, что было воспитано Теодором, в достойные руки, чтобы можно было продолжать поддерживать статус одного из активнейших театров страны. В свою очередь, для Пермского театра оперы и балета это шаг к интеграции в мировое оперное пространство. Пять лет — это достаточный срок, чтобы воспитать в театре силы, способные продолжить и развить наработанный опыт. Худруки могут и должны меняться, это залог активного творческого кровообращения театра.

России требуется бригада Теодоров Курентзисов, которые были бы согласны внедриться в нашу провинцию. Но на то нужна воля местных властей. Статус столицы нужно отстаивать в конкурентной борьбе. И на культурном поле шансы стать столицей больше там, где талантам предоставляется возможность для полноценной самореализации. Стоит это, как мне кажется, не дороже строительства какого-нибудь супермаркета, а результат способен отразиться на целых поколениях. Зачем это нужно? Сложный культурный продукт формирует сложную личность, способную отличить оригинал от подделки, а такая личность сложнее поддается манипуляции — и это еще одно мерило провинциальности.

Источник

поиск