10 июля 2019
11 июля 2019
16 июля 2019
17 июля 2019
18 июля 2019
23 июля 2019
24 июля 2019
25 июля 2019
30 июля 2019
31 июля 2019
12.04.2017
Коммерсант: В ультравиолеттовом диапазоне

В Доме музыки состоялся сольный московский дебют новой звезды Пермского оперного театра сопрано Надежды Павловой. Цвет лирико-колоратурного репертуара в исполнении перспективной номинантки "Золотой маски" слушала Юлия Бедерова.

В свое время роль Донны Анны в "Дон Жуане" Пермской оперы принесла Надежде Павловой первую номинацию на премию "Золотая маска". Но, говоря по совести, открытием певицу сделала другая, более недавняя работа в Перми — партия Виолетты в поставленной Робертом Уилсоном "Травиате", отмеченная редкой рафинированностью и в то же время нетривиальностью стиля.

Именно со своей Виолеттой певица в этом году снова номинирована на "Маску" (сам спектакль Уилсона привезти в Москву не получилось, и жюри посмотрело его в Перми). У Надежды Павловой многочисленные и сильные конкурентки, но ее шансы на победу, как представляется, высоки. И один приз за участие в "Травиате" Павлова уже получила — вместе с Уилсоном и Теодором Курентзисом певица стала лауреатом премии Ассоциации музыкальных критиков, материальным воплощением которого как раз и стал московский концерт.

В этот раз Павлова педалировала (и чуть больше, чем стоило) черты свободного пермского стиля в темпах, дикции и фразировке, замешивала мягкую манерность чуть гуще, чем просилось. И все же в концерте она продемонстрировала то, чего ждали от новой примы: примечательное обаяние силы и слабости, лирики и крепкого трагизма, чуткую фразировку, гибкую кантилену, светлый, сияющий тембр, смелость и яркость на верхних нотах и бисерную виртуозность напевных колоратур.

Тем более что выступление она развернула в безразмерную программу удивительной сложности, вокальной и артистической. Ее основу составили концертные арии Моцарта, требующие равно технической виртуозности и вкуса к утонченному спектру барочных и классицистских красок, арии Донны Анны, Виолетты, Олимпии (в "Сказках Гофмана" Павлова недавно дебютировала в Театре Станиславского и Немировича-Данченко), каватина Людмилы, очень точно и сильно сделанная ария Марфы и сцена сумасшествия Лючии из "Лючии ди Ламмермур" — единственный номер, где слышался намек на усталость. К ним в качестве еще одной хрестоматийной темы хорошо пристроилась колыбельная Клары из "Порги и Бесс".

Но кое-что нехрестоматийное в программе все же прозвучало. Лаконичная и поэтичная вещь Ираиды Юсуповой намекнула на знакомство оперной звезды с московской концептуальной композиторской школой, а Кунигунда из "Кандида" Бернстайна — не только на широкие репертуарные взгляды, но и на неожиданный потенциал артистки: при всем ее привычно нежном очаровании она, кажется, как мало кто чувствительна к иронии, гротеску, трагифарсовой эстетике и стилистическим экспериментам. И ретроспективно даже ее Виолетта показалась без пяти минут воображаемым зонгом Курта Вайля, а не роскошным примадоннским шлягером.

Юлия Бедерова | КоммерсантЪ

поиск